Секс по хакерски

Секс по хакерски

Означает, вели торговлю мы тогда с Эдиком компьютерами. Да. Поточнее, я вел торговлю. Хотя я в компьютерах не очень волоку, не считая как по Клаве стучать, а Эдик называл себя взломщиком. Правда, нет ли - да как проверишь, если сам не врубаешься. Во всяком случае, бухгалтерши из примыкающих компаний часто бегали к нему советоваться по поводу 1С, банк-клиент сделать, ну и в таком роде. И это просто бесило его супругу - Валентину. Ревнивая была, как полтора Отелло. Вобщем, и Эдик ей в этом смысле не уступал. Но у него хоть повод был - Валентина приехала в наш город из райцентра, кровь с молоком, коса - до пояса, ниже пояса тоже ого - го, натуральная блондиночка с голубыми очами, так что мужчины, которые приходили к нам компы брать, больше на нее смотрели, чем на комплектацию. Валентина у нас бумагами занималась, и за кассой посиживала. Она - за кассой, я лохам мозги полоскал, а Эдика мы от покупателей прятали - он хоть какой продукт мог обгадить, ничего ему не нравилось, ни софт, ни железо. А Гейтса вообщем не мог терпеть и считал пидером. Дела у нас, вообще-то, непринципиально шли. Не из-за Эдика - просто не хватало бабок для неплохого рывка. Продавали мы чужие компы, на реализацию брали, а на этом много не заработаешь. Но пока не об этом. Итак вот, Валентина была - полный улет. А вот Эдик... Метр 60 ростом, минус 8 диоптрий, а сложение - хреном перешибить можно. Хотя это я загнул. Хреном Эдик сам кого угодно перешибить мог, точно знаю, прогуливались мы с ним временами в сауну. Так что кое-кто удивлялся - что, дескать, она в нем отыскала? А я - нет, не удивлялся, точно знал, что конкретно.

Итак вот, сидим мы как-то в четверг после работы в кабинете, пиво дуем, и планы строим, где средств взять. Начальный капитал, мама его в еб. Поточнее - мы с Эдиком пиво, а Валентина мартини обожала. Как у их, в Густозадрищенске, можно было полюбить мартини - не знаю, но - поди ж ты. В сей раз средств на мартини не было, Валентина пила сок и доставала потому нас больше обыденного. И здесь телефон звонит. У нас с Эдиком в руках банки с пивом были и сигареты, а у Валентины - только сок, потому трубку она и взяла. Сначала разговора она сняла со стола одну ногу, при чем разрешился издавна волновавший меня вопрос о цвете белья. Позже - сняла вторую ногу, позже встала, и до конца разговаривала стоя. Я уже ожидал "да, товарищ Сталин" - но внезапно ошибся. Виталий Павлович какой - то. А в остальном - все верно... да, Виталий Павлович- естественно, Виталий Павлович- непременно, Виталий Павлович. Смотрю на Эдика - а ему каждый этот "Виталий Павлович", как отвертка в жопу с проворотом.

Валентина наконец попрощалась, положила трубку и поглядела на нас пристально. - Все, обормоты. Кажись, мы прорвались. Но, первым прорвало Эдика. Мы работали совместно 18 месяцев, всякое бывало, и матерились в сердцах время от времени, но чтобы так он супругу обкладывал - это в первый раз. Валентина, но, не смутилась. -Закончил? - спросила она, хотя как по мне, это была только пауза. - Итак вот. Отлично. Я не поеду. И ты здесь еще 18 месяцев хером орешки колоть будешь. Щелкунчик неготовый.

Из предстоящего выяснения я сообразил вот что. В школе, в старших классах, у нее был роман с колхозным агрономом. Он ли лишил Валентину невинности, не он ли - осталось загадкой, и никого, не считая Эдика, не тревожило. Агроном внезапно пошел в гору, и на данный момент управлял областным сельским хозяйством. А супруга Эдика, не будь дурочка, последний год окучивала предполагаемого бывшего хахаля ( только предполагаемого - утверждала Валентина, на хахале настаивал Эдик) на предмет поголовной и эксклюзивной компьютеризации земельного сектора области. И вот завтра начинается, а послезавтра - завершается совещание этих самых аграриев. Виталий Павлович готов отрекомендовать нашу фирму для сотрудничества. При неотклонимом присутствии. Валентины. Чтобы контракт с собой привезла, ясен перец.

Как мы все это обсуждали - говорить длительно можно, но не буду. Отлично хоть, все понимали - Эдику там делать нечего. Взял он с супруги ужасную клятву верности, а с меня - клятву за той клятвой смотреть, и пригрозил ужасными карами. Ей - в случае чего, перейти только на заднепроходный секс, а мне - дать по роже (если сам на Валентину позарюсь), и уйти из компании, если не услежу. Сам, дескать, продавать будешь. Мне-то что, я продам, Если покажут, что продавать и скажут, с какой стороны оно врубается, а вот рассказать-то, не считая Эдика, было и некоторому. Что касается по роже... пусть достанет поначалу, до рожи - то.

Собрались мы, и утром поехали. Да, а совещание проходило на межколхозной базе отдыха, километрах в 100 от городка. 100 - то 100, а автобусами с пересадкой добрались мы только к вечеру. На машине резвее, гласите? Так на машину еще заработать необходимо, а пока - да, вот итак вот, автобусами, и нехрен смеяться.

Что скажу - устроились межколхознички хорошо. Лес, река, пляж, различной степени пузатости межрайонное начальство - без жен, но с телками. В смысле - с сотрудницами. На их фоне Валентина смотрелась просто зашибись. Пузаны поглядывали на нее с любопытством, то на нее, то на Виталия Павловича, но близко не подходили. И сообразил я, что проследить за верностью будет тяжело. Фактически, совещание уже завершилось, поточнее - перебежало к главной собственной части. Сравнимо стремительно все налимонились, как поросята, а со мной каждый раздельно испил, за чем Виталий Павлович старательно проследил. Контракт, кстати, взял - и в папочку положил. Произнес, завтра подпишет, на свежайшую голову.

Настало время по кроватям расходиться. Нам с Валентиной выделили двухкомнатный домик - на вид ничего, но снутри - фанерный. Да мне уж все фиолетово было, спасибо, что с сортиром, проблевался - и в люлю. Лампочка у потолка покружилась, пробовала клюнуть меня в лоб, но не успела - отрубился я.

Пробудился ночкой от сушняка и от голосов за стенкой - да чего там, фанера, слышимость полная. Попил из крана, возвратился в кровать, лежу и слушаю. Только вот лгать не нужно, что вы слушать не стали бы. И понимаю, что у Палыча облом случился. Или жара, или тоже перебрал. А нечего на выпивке сберегать. Ну с какой таковой бедности паленую водку было ставить?! Уж как он ни пыхтел, как Валентина ни чмокала, - а все по нулям. Хорошо, думаю, кина не будет, на данный момент он свалит, может и мне перепадет чего. Чтобы по роже от Эдика получить - это еще попытаться необходимо, ну и кто ж ему произнесет, болезному.

И хрен там я угадал. Поначалу по комнате проехал свет от велосипедной фары, позже зашуршали шины, и в примыкающее окно постучали. За стеной все стихло. - Витек, скотина ты этакая - прозвучало в ночной тишине нежное низкое контральто. - Я все знаю. Открывай, сволочь, я на твою блядь поглядеть желаю.

- Катя, ты, что-ли - внезапно сонным голосом отозвался Вмталий Павлович. - На данный момент открою, совершенно с разума сошла, 3-ий час ночи... Нет, так просто люди в областные руководители не попадают. В последующую минутку открылась соседняя комната и Виталий Павлович звучно затопал к двери. Валентина при всем этом метко, но бесшумно была вброшена в мою комнату. Следом полетела охапка белья, при всем этом стабильный шаг Палыча навстречу неведомой Кате не прервался ни на полтакта.

- Супруга - ответила Валентина на незаданный мной вопрос, прыгая и пытаясь попасть одной ногой в трусы. - Завфермой так и работает, пасет его повсевременно, а чего его пасти, кому он нужен...

Палыч открыл входную дверь, звучно чмокнул насмешливо хмыкнувшую супругу и повел ее в соседнюю комнату, объясняя по дороге, что вот здесь вот компьютерщики из примыкающей области ночуют, супруг с супругой, а может - и хахали, хрен их разберет, сегодняшнюю молодежь... Глас его звучал, перемещаясь из коридора в комнату,... Катя поначалу повякивала практически беззлобно, позже повякивать закончила и принялась за дело. Стабильный скрип кровати показал скоро, что дело свое она знала отлично.

- Хоть одним глазком - конвульсивно натягивая лифчик, прошипела Валентина - одним бы глазочком взглянуть, что она с ним делала...

Кровать скрипела, позже за стеной шумно задышали, и нельзя сказать, что мы остались флегмантичными к обычным человечьим радостям. Поначалу, правда, я получил локтем по ребрам, снятый назад с Валентины лифчик обошелся несильным толчком в животик, относительно упрямая борьба завязалась исключительно в районе трусов.

За стенкой в это время прозвучало дружное "О-ох...", и скоро невидимая Екатерина опять зашуршала шинами, чтоб успеть к утренней дойке. Стальные, блин, бабы правят фермами, какие там жеребцы, какие избы, что ты...

Мы в это время жарко обсуждали необходимость контрацепции, и так все складывалось, что в последнем собственном виде необходимость эта отсутствовала.

Так оно и оказалось. Очень скоро оказалось, как я поднял голову, зажатую ее ногами. Дышать - то тоже время от времени необходимо. Хотя не всегда выходит - у меня тогда не сходу вышло, так как из окна в комнату смотрела, не мигая, голова Эдика, во все свои минус 8 диоптрий. Это позже я сообразил, что ни зги в комнате он не лицезреет, а сходу дыхалку перехватило, что выдохнуть не мог, не то что вдохнуть. Так ничего и не разобрав, Эдик переместился к окну Палыча и из каких-либо, ему одному узнаваемых, суждений застучал по раме.

- Петров, сука! Где Валька?! Открывай, сволочь!!!

Скажу вам - я тоже менеджер не из последних. Природная реакция, ну и пример Палыча был еще свежайш. Через несколько секунд, тоже сонным голосом, я разъяснял из окна примыкающей комнаты, что Валентина - рядом, он, Эдик, совершенно офонарел, и если издержал выручку на такси, то в гробу я лицезрел таковой бизнес. Оказалось, на попутке ехал. И то отлично. Далее все пошло по макету - Валентина пошла открывать дверь, я сгреб шмотки и совсем перебрался к другу. Палыч, кстати, не проронил ни слова - ограничился тихим "Тс-ссс...." и ушел в астрал. За стенкой в это время текло бурное разъяснение. И я много вызнал о для себя - мудаке, алкаше и раздолбае. Это от Валентины. А о ней - суке, бляди и прошмандовке - от Эдика. Завершилось все как полагается, по семейному. Понятное дело, скрипом, как у Палыча с Катей, не обошлось, комната прогуливалась ходуном, кровать в конце концов упала, а выла Валентина так, что собаки на охране вопили. Похоже, Эдик все таки выполнил свою опасность, а может - у их всякий раз так все происходило, не знаю, лгать не буду. А под утро она его спровадила. И верно - секс сексом, а компы тоже продавать необходимо, контракт подписывать, в данном деле Эдик - только помеха. Это, брат, для тебя не членом махать. Хотя, честно говоря, после таковой ночи и я не совершенно осознавал, с какой стороны сейчас к этому делу подступиться. Палыч, кстати, продолжал хранить молчание. Я деликатно покашлял.

- Что, пересохло в глотке -то? - В конце концов. Он сам начал разговор, означает - есть что сказать. Слушаем пристально.

- Зови Валю. И сам же и позвал... - Валюша, давай к нам, быстренько!

Валентина не принудила себя ожидать. Была она необыкновенно хороша - шейка в засосах, башка пушистая, лифчика под надорванной футболкой не наблюдалось. Не по другому, пал жертвой страсти. Но глаза... Голубые - голубые, с поволокой, в этот момент она обожала весь мир, и мы с Палычем не являлись исключением.

- Означает, так. Что здесь было - все мои слышали. И член на их.

Крепка, видно была давнишняя любовь. В таковой момент поменять хуй членом? Ради Валентины, у которой до сего времени в каждом глазу конкретно по хую стояло? Нет, не осознать мне то поколение...

- Ты, Валюша, на данный момент собираешься и уезжаешь. Мой шофер отвезет. Заодно собственного ... прихватишь, он еще до трассы не дошел. Ты - Петров? Ты, Петров, остаешься, похмеляешься и договариваешься по своим делам. Я помогу. И молчишь, главное. С Валей был я. И точка. А то ерунду всякую болтать начали...

Так оно все и вышло. Валентина уехала с подписанным контрактом. Палыч наутро прогуливался соколом, знакомил меня с районными начальниками и оч-чень рекомендовал со мной поработать. Пузаны смотрели на Палыча с почтением, а их бабы - со сладким страхом. Прайд на очах приходил в порядок.

Домой меня отвозил тот же шофер, что и Валентину. Длительно ерзал, поглядывал на меня, и в конце концов не выдержал... - слушай, кореш, а вы с Палычем не в два смычка ее драли? А мне вот не отдала...

Я оборотился к нему всем туловищем и пристально поглядел. Шофер закончил ерзать, сел прямо, замолчал, и до конца пути уже не отвлекался от дороги.