Один жаркий день

Один жаркий день

Конкретно в таковой денек отец повез меня к бабушке в деревню. Сопротивлялся я отменно: ещё бы, ведь в городке оставалась возлюбленная игровая приставка да телек с мультиками. А у бабушки был из развлечений только огород, на которой я лазил, чтоб тайком поесть клубники сверх того, что мне обычно перепадало. Ничего для себя отдых! Я надулся и всю дорогу смотрел в окно. Даже пятёрки за 2-ой класс не посодействовали!

Приехали мы под вечер, и я здесь же был водворён в огромную комнату пить чай, от которого смачно пахло смородиной. Чего-чего, а заваривать чай бабушка искусна! Выпив две чашечки, я похлопал себя по животику и, невзирая на уговоры поесть ещё чего-нибудть, отправился во двор. Вечер в июне начинается кое-где часов в 10, и в это время люди ещё вовсю занимаются своими делами либо просто отдыхают на воздухе. Через сетку забора я увидел наших соседей тётю Машу и дядю Сашу и помахал им рукою.

-- Тёть Маш, Димка дома?

-- Дома, ужинает,-- кивнула та.-Завтра погуляете, сейчас поздно уже.

Димка - мой единственный друг в этом посёлке. Ему семь лет, на один год младше меня, но мы всегда гуляем совместно, даже в пруду купаемся сразу. Я послонялся ещё малость туда сюда по участку и отправился спать. Встал я рано, когда часы ещё демонстрировали восемь. В сенях, как обычно, стояла на своём месте кадка с главный водой, откуда я и напился при помощи ковшика, а позже прямо босоногим выбежал на двор сполоснуться под умывальником. После завтрака я с нетерпением стучался в дверь соседей, предвкушая встречу с Димкой.

-- Поднялся?-удивилась тётя Маша.-Раненько. А Димка ещё дремлет. Поди-ка, побуди его.

Я снял шлёпки и прошёл по мягеньким коврам в комнату Димки. Тот лежал на кровати в одних трусиках и блаженно посапывал. Я поднёс к его носу два пальца и немного сжал ноздри. Димка дёрнулся и с недовольным возгласом открыл глаза. Лицезрев меня, он сел на кровати, потянулся.

-- Завтракать пора,-- заглянула к нам тётя Маша.

-- Не желаю я завтракать,-- буркнул Димка и попробовал вновь закрыть глаза, но я потянул его за руку.

-- Пойдём купаться!

-- Не отпустят,-- Димка зевнул.

-- Отпустят.

И вправду отпустили. На пруду, не считая нас, никого не было. Нужно сказать, что в густых зарослях у берега у нас с Димкой было потайное место, где мы всегда прятались от тех, кто нас находил не впору. Там же мы загорали. Мы макнулись несколько раз и забрались в потайное место. Подурачившись и рассказав пару анекдотов мы вдруг застыли, услышав совершенно рядом шорох травки.

Звук приближался, и когда стволы раздвинулись, мы узрели Кольку. Он был известным в деревне забиякой и всегда водился со старшими так как уже исполнилось тринадцать, но время от времени приходил к нам. В том году он обучил нас как необходимо трогать письки и сосать их у других. Мы даже один раз попробовали у него, но нам не понравилось и больше так делать не стали.

-- Привет!-Колька погрузился рядом с нами на корточки.-Денис,-- это он обращался ко мне,-- ты вчера приехал?

-- Ага,-- кивнул я.

Колька приметно вырос, и мы сейчас могли достать ему только до груди. Постоянными остались только пушистые волосы да рваные джинсы.

-- Купались?-Колька окинул взором наши ещё не успевшие высохнуть тела и стал расстёгивать джинсы.

Небережно кинув их рядом, он толкнул вниз цветастые трусы, и мы не смогли оторвать глаз от его длинноватого члена, вокруг которого уже начали расти волосики. Колька, гордый произведённым впечатлением, поглядел на нас:

-- Ну чего, пососёте?

Мы с Димкой переглянулись, а Колька ехидно улыбнулся:

-- Чего вы как девчонки! Стесняетесь, что ли?

Мне вдруг вправду захотелось взять в рот его толстый член и, встав, я шагнул к Кольке.

-- Давай Дениска!

Я встал на колени перед ним. Колька подёргал кожицу на своём члене, чтоб тот вырос и отвердел и только после чего мне было поручено его облизать. Оказалось, что сейчас в рот можно было взять еще больше головки, далее которой у нас дело не шло в прошедшем году. Обрадовавшись этому, я отсосал член кое-где до середины и выпустил, чтоб перевести дух. Пока я сосал, моя писюлька в трусах выпрямилась и стала как струна. Я её пару раз потрогал, чтоб не оттопыривала трусы, Колька заявил:

-- Скоро сам кончать будешь.

Я гордо поглядел на Димку, хотя и не сообразил, что произнес Колька и поднялся с колен. Димка занял моё место. Хотя он был и меньше меня, но тоже старался взять в рот как можно больше. Колька закатывал глаза от наслаждения и поглаживал Димке голову до того времени, пока тот не встал.

-- Понравилось?-спросил я у него.

-- Угу,-- кивнул Димка,-- только маме не гласи.

-- Хорошо,-- я прикрыл глаза от солнца рукою и поглядел на Кольку гордый, что мы не стукнули лицом в грязь.

-- Если кто будет обижать - гласите,-- Колька торопливо натянул брюки.-Мне на данный момент в одно место нужно:Пока!

После его ухода мы ещё раз искупались и решили сбегать в лесок, находившийся рядом: поглядеть, много ли земляники. Она пошла по опушке, и мы присели рядом вместе, отправляя одну за другой в рот. Бросив взор на Димку, я увидел, что он то и дело теребит собственный писюн.

-- Ты чего, писать хочешь?

Димка смутился и отдёрнул руку:

-- Да я так просто:

В голове у меня тем временем созрела идея.

-- Давай я для тебя пососу.

-- Прямо тут?

Вокруг никого не было, и Димка, малость поломавшись, приспустил трусы и отдал мне отсосать его письку. Она была узкой и малеханькой и ещё не могла встать, как у меня. Пришлось её облизывать и придерживать у основания, чтоб не выскальзывала изо рта, но всё равно было здорово.

Позже Димка отсосал у меня, доставив пару минут незабвенного удовольствия. Правда, из моего писюна что-то вытекло в рот Димки, и тому пришлось сплюнуть, но после чего он ещё малость пососал и заявил, что хватит. Пару раз мы бегали в последующие деньки собирать землянику и всякий раз забавлялись таким макаром. Мы были так убеждены, что нас никто не увидит, что особо не скрывались: на опушке не достаточно кто бывал из деревенских. В один из дней, таковой же горячий, как и прошлые, мы комфортно устроились на траве под берёзками и дрочили друг дружке письки. Мне уже хотелось пососать у Димки, как вдруг слева из-за ёлок внезапно появились двое парней. В 1-ый момент мы онемели и пока соображали, что делать, те уже стояли рядом с нами. Трусы у нас были спущены до колен, а моя пиписька, к тому же, ещё и стояла, благодаря усилиям Димки.

Мужчины были рослые, но один был пониже другого. Оба они были из числа тех, кого моя мать называла "хачики", т.е. с чёрными маленькими волосами и волосатыми руками. "Хачики" похихикивали, смотря на наше замешательство, а заодно и на наши открытые места.

-- Не смущяйтесь, пацаны!-один, что повыше, присел рядом.-С вами можно?

Я ...недоумённо поглядел на него, а он протянул руку и взялся за мою пипиську. Его пальцы медлительно и лаского опускали кожицу и поднимали. Мне стало отлично, и я расслабился. Другой сел рядом с Димкой и стал ублажать его писюнчик. Мы ощущали себя малость стеснённо от того, что взрослые мужчины трогают наши мелкие писюльки, но не мешали, так как мне, по-крайней мере, нравилось, как это делал мой "хачик".

Они сняли с нас трусики совершенно и голубили не только лишь пиписьки, да и попы, ноги, животы. Я вылупил глаза, когда мой "хачик" раздвинул мне ноги и стал сосать мою напряжённую письку. Это было похлеще, чем делал Димка! Он всасывал так, что членик, казалось, был готов оторваться. Я прибалдел и перевёл дух тогда, когда он перешёл на попу. Мне пришлось перевернуться на бок, и он вылизал там как надо, а мне от щекотки оставалось только смеяться. Димка, меж тем, стоял на четвереньках, и его "хачик" лизал у него в попе так, что было видно Димкин анус. Мы знали, зачем употребляются эти дырочки и особенного внимания на их не направляли, но когда мне туда вошёл палец, я с удивлением ощутил, что это очень приятно и расслабил попу так, чтоб не мешать двигать им снутри.

-- А вы в рот умеете брать?-спросил нас мой "хачик".

Мы переглянулись.

-- Ага:-- сознался Димка.-Только мы у Кольки брали.

-- Это кто таковой?

-- Да мальчуган из нашей деревни.

-- У меня пососёшь?-мой "хачик" встал и подошёл к Димке, расстегивая брюки.

-- Только я малость:

Димка обернулся на меня и встал на колени. Закинув вспять голову, он обширно раскрыл рот и взял здоровый мужской член. Я никогда не представлял, как это: сосать член у взрослых, и на данный момент с энтузиазмом следил, как Димка старается взять член как можно поглубже. "Хачик" улыбался и тихо постанывал от наслаждения. Я подошёл и встал рядом. Он опустил руку на мою попу и стал её сжимать в ладошки, от чего я тоже получал наслаждение. Димка поднялся и вытер губки.

-- Понравилось?-сидевший на корточках напротив нас "хачик" обширно улыбнулся.-Ты будешь сосать?-он поглядел на меня.

С затрепетавшим сердечком я встал на колени, обширно раскрыл рот и: чуть ли не задохнулся от здоровой штуки, которая полезла в рот. Она заполнила его весь и стала заходить в гортань. Ещё малость, и я бы закашлялся, но она полезла назад, и дышать стало легче. Потихоньку я приноровился и стал задерживать дыхание, когда член погружался в гортань. Руки "хачика" нежно поглаживали меня по голове, и мне хотелось стараться, чтоб его не разочаровать. Позже Димка гласил, что я как будто проглатывал член.

Когда я отсосал, удовлетворенный "хачик" потрепал меня по голове и заявил, что я "самый наилучший мальчишка в мире". Мы присели рядом с ними и позволили вновь потрогать наши письки, чувствуя себя уже намного раскованнее.

-- Тебя как зовут?- поинтересовался у меня "мой хачик".

-- Денис.

-- А меня Димка,-- сказал мой друг.

-- Вы здесь живойёте?

-- Не-а, на каникулы приезжаем.

-- Понятно. Денис, твой друг может у тебя пососать? А мы поглядим!

Что за вопрос! Я быстренько встал, Димка погрузился на коленки и приник к моему писюну.

-- А сейчас лёжа,-- попросил "мой хачик".

Мы улеглись и оказались лицом к писюнам друг дружку. Отсасывая друг дружке мы так увлеклись, что не направляли внимания, как нам в попки совали пальцы и гладили различные части тела. Ранее нам в голову не приходило, что можно так улечься, и сейчас я не желал отпускать Димку, а он меня.

Насосавшись так, что захворали скулы, мы оторвались друг от друга.

-- Нам домой нужно,-- сказал Димка.

-- Так скоро?

-- Обедать,-- я поглядел на "хачиков".-Хотите, пойдёмте к нам.

-- Нет, нет,-- замахал руками мой.-Вы лучше вечерком приходите. Ещё поиграем.

Мы оделись и побежали домой. Настроение было приподнятым как никогда. По дороге мы договорились, что о том, как игрались, никому ни слова. Бабушка встретила меня сердитым ворчанием, что "всё остыло". После обеда мы вволю накупались на пруду и малость подрочили, благо, что письки отдохнули. Позже пришёл Колька, и мы ему всё поведали. Он недоверчиво выслушал наше повествование и предложил поглядеть, ожидают ли они.

-- Может, я им вставлю сам!-Колька многозначительно поглядел на нас.-Сидите тут!

Отсутствовал он недолго.

-- Там они!-возбуждённо выдохнул он.-Пойдём резвее!

-- Не, я домой,-- пошёл на попятную Димка.

-- Да хорошо для тебя!-Колька схватил его за руку.-Ты ж мой друган!

Мы дошли до знакомого места и прошли за Колькой далее, за ёлки, густо росшие перед опушкой. Там, на полянке, "хачики" постелили одеяло, на котором стояла бутылка "Пепси" и лежал кулёк конфет. Нам досталось по полному стакану и пять-шесть конфет. Пока мы доедали, Колька присел рядом с "моим хачиком", о чём-то пошептался и наклонился над его брюками, расстёгивая их. Мы с удивлением следили, как он вынул здоровый член и стал сосать его. Позже Колька приподнялся, снял джинсы, и 2-ой "хачик" стал лизать у него в попке, отчего Колька забавно выкатывал её ввысь и мычал. Но самое увлекательное началось, когда 2-ой "хачик" расстегнул брюки и стал вставлять свою штуку в жопу Кольки. Мы даже придвинулись поближе, чтоб ничего не пропустить.

С первого раза ничего не вышло. Член был таковой толстый, что не пролезал в Колькину жопу, хотя она была немаленькой. "Хачик" обхватил его за бёдра и посильнее потянул к для себя. Член сходу наполовину вошёл в Кольку, а тот вскрикнул и желал подняться, но его удержали.

-- Больно!-Колька поглядел на "хачика" гораздо меньше.-Далеко не суй!

-- На данный момент разработается,-- улыбнулся тот и вновь засадил свою штуку наполовину.

Колька стонал, даже бранился, но отдал воткнуть для себя член полностью. Нам только оставалось удивляться, куда он там пролез, а Колька уже демонстративно тащился, закатывая глаза и медлительно поводя бёдрами, чтоб член мужчины двигался в жопе не стремительно. Я 1-ый раз лицезрел, чтоб член совали в попку и мне стало очень любопытно, что ощущает Колька.

Я увидел, что Димка теребит пипиську и предложил ему подрочить. Сняв трусики, мы взялись за дело, сидя на другом конце одеяла. Мой писюн сходу подпрыгнул ввысь от того, что я следил, и это не укрылось от внимания "моего хачика". Когда он подошёл, мы с Димкой встали на колени и стали обрабатывать его член, который он с удовлетворенной улыбкой выпустил из штанов. Димка взялся сосать, а я облизывал волосатые яичка, от которых слабо пахло мочой и ещё кое-чем.

-- Блин, ну и засадил!-подошёл Колька и встал рядом.

Я скосил глаза и увидел, как он потирает порозовевшие ягодицы. "Хачик", который с ним забавлялся, подошёл ко мне, и я занялся его членом, вкус которого ни с чем другим, как с говном, перепутать было нельзя. Но мне он приглянулся. Ничего такового, когда сосёшь. Я вылизал мужской член до основания,... заросшего густыми курчавыми волосами и отважился:

-- А мне воткните.

-- Для тебя?!-"хачик" даже присел.-Да я для тебя палец не просуну - застрянет!

-- Не застрянет,-- обиделся я.--- У меня попа большая.

-- Что ты, по правде!-вступился за меня "мой хачик".-Говорит: желает - вставь!

Он мягко отстранил Димку, потрепал его по голове и подошёл ко мне. Убедившись, что я прочно стою на четвереньках, похлопал по попе: "Расслабь, не зажимай" . Я как мог расслабился и ощутил в собственной дырочке палец. Он засовывал его глубоко и двигал во все стороны. Его оглобля уже была готова и мерно покачивалась рядом с моим задом. Никогда не забуду, как он начал её вставлять. Острая боль пронзила мою пятую точку, но здесь же кончилась, так как член закончил заходить. Когда "хачик" нажал вновь, у меня чуток глаза не выпрыгнули: так это было внезапно. Сейчас я уже ощутил в попке его член, но он снова вынул его и отдал мне отдохнуть. Позже медлительно, прочно держа меня за бёдра, стал вводить свою оглоблю, и я сообразил, что сейчас - до конца. Я не сумел удержаться слёз от вновь показавшейся боли, но когда мой зад шмякнул по его переду, я выдохнул и ощутил, что мне становится приятно. Потихоньку, давая моей попке привыкнуть, он двигал членом взад вперёд, а я старался не заорать. Длилось это недолго, и я скоро сумел встать и отдышаться. Мужчины с почтением смотрели на меня, а о Кольке и гласить не приходилось.

Димка застеснялся, чтоб при всех ему вставляли, и мужчины отвели его за кусты, из-за которых мы слышали вскрикивания и всхлипывания. Позже появился Димка: заплаканный, но не обиженный. По ноге у него стекали беловатые капли. Как позже оказалось, ему воткнули по очереди сходу двое. Колька подошёл к мужчинам со свёрнутым одеялом, о чём-то пошушукался, и мужчины пошли к опушке. Мы тоже оделись и направились в оборотную сторону. Попки болели у всех. Как оказывается, мужчины дали ему 50 рублей, на что он купил нам по мороженому, когда его привезли в деревенский магазин. Позже мы не раз давали Кольке воткнуть нам, но никогда не пробовали с мужчинами.